Главная » 2017 » Декабрь » 15 » Из жизни натуралиста "ЗАЙЦЫ И ЛОСИ"
08:56

Из жизни натуралиста "ЗАЙЦЫ И ЛОСИ"

Картинка к материалу: «»

Как-то осенью, в начале ноября, я решил поискать зайцев. Еще с вечера со спаниелем добрался до своих знакомых в деревеньку, расположенную километрах в четырех от станции Крюково. Переночевав на сеновале, я встал до восхода солнца и, ежась от холода, отправился на охоту.
Выдалось ясное студеное утро. Пожелтевшая трава, комья земли на озимых полях, кочки и осока по краям болота — все покрыто инеем. Выглянуло солнце. Медленно поднялось оно над зубчатой стеной хвойного леса. Под его лучами чуть-чуть отмякла и потемнела озябшая за ночь земля. Но не ожила, продолжает дремать, засыпает на долгую зиму природа. В полях, в лесу, в воздухе грустная тишина, не слышно и не видно ничего живого. Только на лугу у самой деревни гогочут белые гуси, да вдали на краю молодого березняка как-то неумело и неуверенно бормочет молодой петушок-тетерев. А ведь по-своему хороша и поздняя осень!
Надо сказать, что места эти небогаты дичью. Поздней осенью и зимой в ельниках попадается рябчик, в благоприятные годы стаи тетеревов кормятся на березах, а вот зайцев — беляка и особенно русака — и прежде было немного. Издавна в окрестных деревнях держали первоклассных гончих собак и за зиму умудрялись выколотить зайчишек почти полностью. Однако до меня дошли слухи, что в предыдущий сезон заболела одна из лучших местных собак, и заяц кое-где сохранился. Кроме того, ранней весной, еще по снегу, я несколько раз натыкался на белячий и русачий следы. Зная хорошо места под Крюковым, я и решил попытать счастья.
Начал я с поисков русака. Всматриваясь в каждый клочок земли, обошел вспаханную целину, зеленеющую озимь, спустился в лощину, где тщательно осмотрел каждый кустик. Потратив па поиски около двух часов, решил, что искать русака бесполезно: зайца нигде не было. Видно, наученный горьким опытом, он спокойно отсыпался после ночи где-то в другом безопасном месте.
— Ну что ж, Чок, пойдем в лес, может там белячка найдем, — обратился я к спаниелю.
И уже с меньшей надеждой, так сказать на авось, мы направились к темному ельнику. Только зашли мы туда, как впереди с шумом поднялся рябчик. Но он поднялся в такой чаще и так быстро исчез в кроне густой ели, что я не успел выстрелить. Тогда я осторожно стал подходить к дереву в надежде обнаружить сидящую птицу. Однако мой старательный пес бегал небольшими кругами и с азартом обнюхивал лесную подстилку, при этом он так шумел, что подойти к чуткой птице было мало надежды.
— Перестань носиться! — шепотом прикрикнул я на собаку V тут же увидел крупного рогача — лося.
Он стоял среди ельника и с удивлением смотрел на суетливо бегающую собаку. А тем временем Чок, не замечая лося, подкатился почти под самые его ноги.
— Эй, ты! — замахал я ружьем на лося, боясь, что он ударит собаку. Известно, лоси ударом передней ноги способны насмерть повалить не только собаку, но даже крепкого и сильного зверя.
— Эй… ты… убирайся отсюда! — продолжая махать руками, кинулся я к ошеломленному великану.
И только тогда он повернулся и странной, трясущейся рысью побежал в чащу. Под напором мощного тела с треском ломались сухие еловые ветки. Потом треск оборвался: видимо, напуганный лось не хотел уходить дальше. Непослушание собаки меня возмутило.
Мой же глупый четвероногий приятель в своем азарте так и не заметил рогатого великана. Надо сказать, что ни на коров в лесу, ни на лосей он не обращал внимания. Вероятно, по его понятиям, лось, как и корова, не дичь — не случайно в них никогда не стреляет его хозяин! И потому, когда я, улучив удобный момент, вытянул его хворостиной, он на секунду остановился и посмотрел на меня таким удивленным и непонимающим взглядом, что моя досада мигом исчезла — мне стало смешно и немного стыдно. Но ведь хорошо то, что хорошо кончается!
— Зайца лучше ищи! — уже другим тоном прикрикнул я на собаку и зашагал дальше.
Впереди меня, обнюхивая отсыревшую землю, бежал Чок.
Замечательный лес в этом месте: высокий и густой, почти не тронутый топором, тянется на много километров. Иной заберешься в чащу, поглядишь кругом — и как-то поверить но, что ты под Москвой. Старые мохнатые ели поднимают к небу свои вершины, местами встречается дуб, много осин и кудрявых берез. Сквозь лесную глушь протянулся глубокий овраг. Весной в половодье по его дну стремительно течет веселая речка, журчит пенится, несет валежник. Позднее она обмелеет, обсохнет овраг и среди молодых тальников и густого малинника останутся только глубокие бочаги — ямы. Их края зарастут тростником и осокой. Такой глухой овраг — самое место для зайцев. Одна только досада, самого зайца редко здесь удается встретить. Где-то, конечно, лежит белячок, но трудно искать, когда подходящих мест сколько угодно, а зверя мало.
В тот памятный день долго бродили мы с Чоком по лесу, но все безуспешно. В лесу стояла безжизненная тишина. Видимо, лес собирался заснуть на долгую зиму. Только в одном месте наткнулись на суетливую стайку маленьких птичек. Около полусотни различных синичек, корольков, поползней и пищух, обыскивая кору и ветви деревьев и наполняя лес звонкими голосами, перемещались по чаще. Где-то впереди стучал дятел. Летом таких стай синиц не увидишь. Рассыплется зимняя стая, разбредутся птицы по лесу, и каждая пара тогда займет свой гнездовой участок, защищая его от вторжения соседей. А придет осень — и вновь объединятся пернатые обитатели леса, выберут вожаком пестрого дятла и дружно и широко кочуют в поисках пищи.
Пролетела, прошла мимо звенящая птичья лавина, и в лесу вновь воцарилась мертвая осенняя тишина.
«А может быть, в болоте лежат беляки? — пришла мысль в голову. — Его не часто посещают охотники, там для зайца спокойно». Я имел в виду большое лесное болото, оно находилось недалеко от места, где я охотился. «Не заглянуть ли туда?» Я решительно повернул в сторону.
Около получаса ходьбы, и густой хвойный лес поредел, появились корявые сосенки, запахло моховым болотом. Вскоре посветлело вдали, и лес как-то вдруг оборвался. Открытая низина, окаймленная стеной темного ельника, раскинулась впереди. Это и было знакомое мне болото. В прежние годы сюда частенько опускались для отдыха крикливые стаи пролетных гусей. Позднее местами низкорослой березкой заросла открытая площадь, поднялся молодой осинник, и осторожные птицы уже не решаются снижаться над местом прежних стоянок. Однако и по наши дни Гусевым болотом называют его местные жители и охотники. Но и здесь зайцев не оказалось. После затяжных осенних дождей болото затопило водой, и лечь беляку было негде. Зато среди пожелтевшей травы во всех направлениях шли широкие тропы. Их протоптали лоси. На каждом шагу попадался помет животных и недавно сломанные и объеденные молодые осинки. Жилось лосям здесь неплохо.
«Что же делать?» — приуныл я зайца искать больше негде и нечего — все равно не найдешь, только напрасно набьешь ноги. Но неужели возвращаться старой дорогой? Терпеть не могу этого, лучше краем пойду вдоль болота, а потом сверну в сторону и пересеку лес в другом месте. Так я и сделал.
Прошел немного — и вдруг замер. Недалеко от меня, среди глубокой воды, на открытом месте стоял крупный лось. Очнувшись от неожиданности, я тоже вышел на чистую болотину и стал терпеливо ждать, что будет дальше Прошло минут пять, а зверь не обращал на меня никакого внимания. Зато моему Чоку надоело это бездействие, да еще среди холодной воды, и он стал на меня лаять. И лай собаки не потревожил флегматичного зверя. Он лишь как-то нехотя повернул большую рогатую голову. Чего он стоит, почему не боится? Мне стало не по себе… Не лучше ли оставить его в покое? И, осторожно повернув назад, я медленно отступаю к лесу.
Вдруг сильный всплеск воды от большого бегущего зверя заставил меня судорожно обернуться. Я ждал нападения лося: старые рогачи изредка позволяют себе подобные выходки. Даже лосиха, если она с детенышем, может иногда кинуться на человека. Но, к счастью, все произошло иначе.
Когда, несколько струсив, я стал выходить из болота к еловому лесу, лось ни с того ни с сего сам испугался. Разбрызгивая длинными ногами воду, он рысью пересек глубокое место, выбрался на небольшой островок и вновь стал среди молодого осинника. Видимо, ему казалось, что здесь он в безопасности. Однако крупный зверь и среди зарослей оставался весь на виду, как хорошая мишень для верного выстрела.
И хотя я еще не успел оправиться от пережитого страха и, признаюсь, руки и ноги дрожали, мне вдруг стало смешно и весело.
— Называется, убежал! Называется, спрятался! Совсем потерял осторожность дикого зверя. Эх, ты, лопоухий!
Еще раз В31лянув на стоящего в осиннике лося, я зашагал своей дорогой.
Как со мной частенько бывает, и на этот раз, идя домой, я сбился с пути и долго колесил по незнакомому лесу. Время от времени, выбравшись на открыюе место, по солнцу определял нужное направление. Но как только углублялся в чащу и терял зрительную ориентировку, незаметно для себя отклонялся в сторону. Вскоре я убедился, что передвигаюсь по лесу так же, как бегает в чаще заяц — кругами. Выдаются же такие незадачливые денечки!
Нет, надо выходить на любую дорогу — она не будет кружиться по лесу и выведет к определенному месту. А иначе будешь колесить до вечера. К счастью, вскоре подвернулась широкая лесная тропа; судя по клочкам повисшей сухой травы на придорожных деревьях, по ней с лесных полян вывозили сено. Сначала она шла сквозь густой ельник, потом пересекла широкую вырубку и спустилась в низину
— Чок, а ведь у нас, кажется, завтрак есть, — обратился я к собаке, вспомнив, что еще с вечера в мой заплечный мешок сунули какой-то порядочный сверток. — Давай-ка закусим.
Дорога в этот момент шла заболоченным мелколесьем. По сторонам тянулись молодые поросли густого осинника, встречались открытые полянки с редкими елками. Я выбрал сухой клочок земли, уселся на полусгнивший пень и развернул завтрак.
— Э-э, Чок, да у нас с тобой завтрак на славу. Тебе косточки с мясом, мне колбаса.
Проголодавшийся пес в один миг уничтожил лакомые кусочки и стал облизывать свои грязные лапы. Нелегко усердной и азартной собаке дается охота.
Предвечерняя тишина царила кругом. С ясного неба ласково, как бы прощаясь, едва грело осеннее солнышко. Где-то в стороне играла гармоника, слышались голоса, время от времени гремели выстрелы. Это, по-видимому, деревенские ребята, пользуясь теплым, погожим днем, вышли за околицу погулять и попробовать ружья.
Сколько разнообразных звуков вдали!.. Выстрелы, голоса людей. Где-то, вероятно тоже в деревне, лает собака, гогочут гуси. А в общем какая безмятежная тишина кругом, какой покой!
Вдруг неясные шорохи привлекли мое внимание. Они исходили из густого осинника. Казалось, кто-то едва слышно крадется по лесу. Я отложил в сторону хлеб, взял в руки ружье и насторожился.
Из чащи вышел довольно высокий лосенок. Чуть-чуть позади него шла мать-лосиха, ее голова находилась над спиной молодого животного. Уши обоих лосей, направленные вперед, вздрагивали, шевелились, ловя какие-то звуки, а морды выражали настороженность дикого зверя. Я сразу понял, что лосей беспокоят голоса людей и выстрелы.
Не замечая меня, лоси медленно прошли мимо и скрылись в осиннике. А. я, не отрываясь, следил за их осторожным, бесшумным движением. Как тени, прошли они рядом так тихо, что их шагов не услыхала и отдыхающая рядом со мной собака. Впрочем, я уже говорил, что Чок не отличался хорошим слухом.
Лоси скрылись, и я только хотел продолжать прерванный завтрак, как услышал громкий треск и увидел большого лося-самца. Видимо, отстав от первых, он ломился сквозь чащу; под его бесцеремонным напором трещали сучья, валежник, качались осинки.
— Куда лезешь! — с дрожью в голосе закричал я, вскакивая с места, когда этот великан оказался рядом.
Уловив необычную интонацию моего голоса, Чок вскочил на ноги и разразился отчаянным лаем. Затем он кинулся навстречу лосю.
— Назад! — крикнул я, боясь за собаку.
А этот рогатый «невежа» даже не пожелал изменить направления. Он лишь немного обогнул нас и тяжелой рысью побежал вслед за другими лосями.
Солнце успело опуститься к самому горизонту, когда я, огибая небольшое болотце, подходил к дому.
Меня окликнули. Я обернулся. Из молодого соснячка, росшего на краю трясины, вышла знакомая девушка.
— Галя, зачем вы туда ходите, ведь это опасное место — окна среди трясины! Корова, лошадь там утонули. После этого случая туда никто не заглядывает, а вы забрались, да еще одна.
— Я осторожно, — оправдывалась Галя. Мне зелени — веточек клюквы — достать нужно было. Вот я и достала. А вы с охоты идете, убили что?
— Ничего не убил. Видите, пусто. Впрочем, время и ноги убил, — пошутил я.
Так часто острят над охотником люди, увидев пустую сумку. По их убеждению, охотники только за дичью — ради куска мяса — на охоту ходят. А не удастся добыть ничего — над ними смеются. Им и в голову не придет, что охота — это здоровье. Сегодня я километров двадцать отшагал по лесу. Правда, никого не убил, но зато ноги размял, проветрил голову и настоящим воздухом надышался, теперь целую неделю за двоих работать смогу. А кроме того, я сегодня пять лосей близко увидел. Так близко, что прямо струсил.
— Верно, страшно, — поежилась Галя. — Вдруг бросится. Да, забыла сказать, я интересного зверька — как его? — кролика встретила. Он из-под самой моей ноги выскочил, напугал меня даже и в кусты убежал.
— Где это вы его отыскать могли? — усомнился я.
— В том соснячке, у трясины.
— Никакого здесь кролика быть не может, — решительно возразил я.
— Правда же, кролик! Белый. Ну, не весь белый — пестрый такой.
— Пестрый?.. Да ведь это не кролик, это заяц-беляк! Я его по всему лесу ищу, а он в сотне метров от дома лежит. Вот так здорово! Холодно уже стало, ноябрь, он в зимнюю шкурку оделся, а снегу нет. Оттого и подпустил вас так близко.
— Значит, заяц? А я думала, кролик, Евгений Павлович. Еще светло, вы его поищите, он где-то там, в том соснячке спрятался.
— Поискать? — Я задумался. — Нет, не буду искать. Не надо мне этого зайца. Поздно уже, на станцию надо спешить, да и неохота стрелять зайца-соседа. Галя, только не говорите о зайце ребятам, — попросил я, прощаясь с девушкой.
— Никому не скажу, — засмеялась она.
«Аи да косой! Ну и молодец! — вспомнил я, сидя в вагоне. — Спокойное местечко выбрал: в сосняк на трясине ведь не заглянет охотник. В голову никому не придет, что здесь, у самой деревни, может жить заяц».
Впрочем, такие случаи не исключение. Мне известно несколько мест, где в немалом числе сохранились зайцы. Вспомним старый московский стенд. В недалеком прошлом он прилегал к территории сельскохозяйственной выставки. На нем частенько практике вались охотники, пристреливая дробовые ружья. В воскресные дни проводились соревнования в стрельбе по тарелочкам, й тогда открывалась настоящая канонада. И что же вы думаете? Рядом со стендом, где суетились, разговаривали люди, где звенели резкие выстрелы, в мелком кустарнике среди поля преспокойно жил-поживал серый зайчишка. Его благополучие охранял строгий закон: на территории стенда никто не имел права стрелять ни по зверю, ни по налетевшей птице. Этим правилом и сумел воспользоваться наш косой.
С северной и западной сторон сельскохозяйственной выставки широко раскинулся Останкинский парк. В прошлом это была лесистая окраина столицы. Шереметьевский парк и прилегающий к нему лес заселяли подмосковные звери и птицы. Иногда сюда забредали лоси, постоянно встречались зайцы, лисицы и лесная птица. Москва разрослась. Лес окружили жилые постройки, и незаметно он вдруг оказался в центре Останкина. Шереметьевский парк превратился в парк культуры и отдыха. Обитавшие здесь когда-то животные частично исчезли, а заяц-русак и лисица сумели ужиться в новых условиях. Нередко их удается встречать в парке культуры.
В прошлом мне частенько приходилось бывать в этом лесу.
В Останкине, неподалеку от дворца Шереметьева, помещались биологическая станция Московского университета и голубиный питомник. По долгу службы в те годы я был обязан три дня в неделю работать на станции. Делал я это с большим удовольствием. Вот только надоедали длительные переезды: около часа шел трамвай от моей квартиры. И чтобы не тратить напрасно времени и совместить приятное с полезным, я стал вставать спозаранку, часов в шесть, ехал совсем на другом трамвае до научного городка и через картофельные поля, через древесный питомник и парк культуры шел я в Останкино. К началу занятий, бодрый после прогулки, я появлялся на станции.
Однажды в конце ноября, пересекая парк, я поднял русака. Он лежал среди густых зарослей на пологом склоне заболоченной лощины. Заяц выскочил так неожиданно и бежал с такой быстротой, что я видел его лишь одно мгновение. «Эх, досада, упустил косого!» — сетовал я, осматривая свежую лежку. Я пошел по его следам. Вскоре я уже стоял у забора, отделявшего парк от сельскохозяйственной выставки. Сломанная доска помогла косому улизнуть в недосягаемое для охотника тихое и безопасное место.
Дня три спустя я специально зашел в лощину, где недавно поднял зайца. Держа ружье наготове и осматривая каждый кустик знакомого склона, я дошел до его конца, но не поднял зайца. «Неужели залег в другом месте?» — подумал я и в этот момент уловил слабый шорох. Пропустив мимо незадачливого охотника, заяц выскочил сзади и на этот раз убежал в другую сторону. Я опять пошел по его следу. Бойкий русак сделал большой полукруг по парку и ушел на выставку, воспользовавшись другой широкой щелью в заборе. Третья попытка добыть зайца неделю спустя опять кончилась неудачей. Следы привели к мелкому сосняку. Здесь русак, вероятно, с разбегу сделал огромный прыжок и сквозь дыру в заборе махнул на территорию выставки. «Эге, да ведь это не простой заяц, — покачал головой я. — Это мудрый заяц, да еще спортсмен: не всякий сумеет сделать такой прыжок и проскочить сквозь дыру на высоте роста взрослого человека». Территория сельскохозяйственной выставки — его защитница. Не случайно он знает ходы, выходы и все изъяны в деревянном заборе. А ведь жалко стрелять в такого мудрого зайца. Раз и навсегда я решил прекратить на него охоту. Но не я один охотился в этом месте. Другие охотники лезли из кожи, чтобы добыть косого. Устраивали нечто вроде загона, пускали по следу гончих собак, однако ни одна из этих попыток так и не увенчалась успехом. Шустрый русак каждый раз невредимым уходил на территорию сельскохозяйственной выставки. А гончаки визгом и воем изливали свою досаду, будучи не в состоянии пролезть сквозь слишком узкое отверстие в высоком заборе.
— Эй ты, косой, как живешь? — иной раз кричал я, осторожно проникнув в участок кустарника, где обычно ложился знакомый зайчишка.
Невнятный шелест и свежий размашистый след на снегу в направлении выставки безошибочно доказывали мне, что знакомый мудрый косой невредим.
Да, зайцев под Москвой мало осталось… Зато лосей много. Куда не заглянет охотник в поисках дичи, всюду может наткнуться на этого зверя. А наткнувшись, полюбуется лесным великаном, иной раз даже вскинет ружье, прицелится — да только выстрелить не решится: строг закон в отношении лося.
Вероятно, в связи с большой численностью лосей и стремлением молодых животных к расселению, они частенько появляются там, где, казалось бы, им и делать нечего. Даже в Москву, в Останкинский парк забредают иногда осенью лоси.
Лось — типичный обитатель лесов нашего Севера. Там, где молодые осинники и березки, иногда хвойное мелколесье чередуются с обширными участками лесных болот или вырубок, особенно охотно держатся лоси. Длинные ноги позволяют им легко передвигаться по глубокому снегу, а широко расставленные пальцы копыта облегчают ходьбу по болоту.
Как-то в ненастный сентябрьский день во время охоты на вальдшнепов мне привелось пересекать широкие поля картофеля. Это оказалось чрезвычайно трудно. Глинистая почва была в буквальном смысле слова пересыщена влагой. Сделаешь шаг — и нога медленно погрузится в вязкую грязь почти до колена. С трудом вытащишь одну ногу — завязнет другая. Чтобы пройти метров четыреста, я потратил около получаса. Весь в липкой грязи, с выпачканными руками и даже ружьем, измученный, я, наконец, добрался до твердой земли и сел отдышаться. Слева из мелколесья до меня донеслись необычные звуки — улюлюкали, громко свистели пастушки-ребята. Повернувшись, я увидел двух лосей.
Крупная безрогая самка бежала впереди, за ней следовал тоже крупный годовалый лосенок. Я нагнулся ниже, притаился. Минуту спустя оба зверя пробежали мимо вдоль всего топкого поля. Меня поразила быстрота и легкость, с какой по этой ужасной грязи передвигались животные. Размашистой рысью, далеко выбрасывая вперед длинные ноги и поднимая в воздух грязевые комья, казалось, без всякого напряжения бежали могучие горбоносые звери.
Врагов у лося немного. Местами поздней осенью и зимой за ним охотятся волки. Но гибнут от серых хищников лишь сравнительно молодые, робкие животные, «неудачники». К сожалению, таких немало. Стремительным нападением отбивают их волки от стада. И когда испуганный зверь пытается спастись бегством, волки стараются разорвать ему брюхо и уж после этого повалить на землю. Старые, опытные лоси никогда не допускают такой оплошности. Прижавшись к дереву, они отбиваются передними ногами и не даются волку.
Несмотря на гигантскую силу, лось человеку редко бывает опасен. Издали заслышав шаги, он бесшумно уходит прочь, стараясь избежать неприятной встречи. Правда, запрет на охоту лосей местами отразился на поведении животных. В Подмосковье лоси стали не так пугливы и осторожны, как, например, в Сибири и на Дальнем Востоке, где за ними постоянно охотятся. В общем, этот лесной великан редко не уступает человеку дорогу. Не трогай, не пугай лося, и он тебя не обидит. Но все же не подходи близко к старым самцам и особенно в осеннее время, когда начнется брачный период. Тогда лось-самец способен броситься на человека.
Самка с лосятами иной раз тоже ведет себя агрессивно. Однажды такой случай произошел в Дарвинском государственном заповеднике на берегу Рыбинского водохранилища.
Лосей там множество. И хотя по соседству обитает несколько волчьих выводков и они всю зиму питаются почти только лосятиной, все равно лосей в заповеднике много, и куда ни забредет любитель природы, всюду с ними столкнется. И понятно, здесь не трогают зверя, не гремят выстрелы, и потому лесные великаны не избегают человека и ведут себя особенно смирно.
Однажды в начале мая, выйдя на окраину леса у селения Борок, я увидел крупную лосиху с двумя маленькими лосятами. Пересекая поляну неторопливым шагом, семья горбоносых обитателей леса направилась к сосновому мелколесью. Звери подпустили меня совсем бл! ко и, не проявляя никакой тревоги, скрылись в лесном болоте. Об этой встрече я упомянул не случайно.
Именно эта семейка несколько позднее приобрела в Борке скверную репутацию. И вот по какой причине.
Крупная самка с двумя лосятами и осенью продолжала держаться близ окраины поселка. Но так как лосей у Борка вообще было много, то и на эту лосиху с лосятами не обращали внимания. Ну бродят у селения лоси — что здесь такого? Пусть наблюдатель или «научник» запишет в дневник о новой встрече с лосями. Но какое дело до этого местному жителю?.. Так бы, вероятно, продолжалось и в дальнейшем, если бы не произошел один неприятный и в то же время смешной случай.
Жил в то время в деревне Борок молодой парень, звали его Славушка. Был Славушка богатырь на редкость: высокий, плечистый, красивый, просто кровь с молоком. Так и веяло от него здоровьем и недюжинной силой. Вот с ним-то и произошел неприятный случай.
Поехал он на розвальнях в самом начале зимы за сеном. Стога стояли недалеко на лугу и, чтоб с осени их не травил скот, были обнесены изгородью из молодых осинок. Подъезжая к одному из стогов, Славушка наткнулся на лосиху с лосятами. Лосиха стояла на открытом месте, а ее два здоровенных, долговязых детеныша объедали кору с осиновой изгороди. Для меня и сейчас остается загадкой, почему лосят привлекла именно эта изгородь: ведь поблизости было сколько угодно осинового мелколесья.
Парень поступил весьма опрометчиво. Остановив лошадь и захватив вилы, он без должного почтения и страха направился к стогу, чтобы наложить воз сена. Ну, а лосиха-мать на свой лад поняла поведение непрошеного гостя. И когда лосята, тараща на человека белесые глаза, отбежали в сторону, она вытянула вперед горбатую морду и ринулась на парня.
Одно мгновение растерянности могло дорого обойтись Славушке. Но, быстро оценив положение, он бросил вилы, вскочил на изгородь и, судорожно цепляясь за скользкое сено, вскарабкался на вершину стога. Удачный выход из трудного положения! Лосиха ходила кругом, но даже не пыталась повторить нападения.
Прошло около часа, быть может и значительно больше. Лосиха бродила кругом, издали обнюхивала противника, но не изъявляла ни малейшего желания удалиться от этого места. А парень в легком пиджачке сидел на вершине стога. Кругом лежал снег, вдали над деревней в морозном воздухе из труб поднимался дымок, в стороне понуро стояла лошадка. Что и говорить — знакомый зимний пейзаж, он так близок каждому русскому северянину. Не думаю только, что им любовался Славушка. На стогу было как-то особенно холодно, с замерзшей Мологи тянул леденящий ветер.
— Но! — наконец закричал парень. — Ну, но же!.. Пошла!.. — понукал он, размахивая на стогу руками.
Наконец скрипнули полозья, продрогшая лошаденка двинулась с места и шагом пошла к деревне. Два с лишним часа просидел Славушка в осаде. Потом из деревни пришла подмога и отогнала лосиху с ее глупыми лосятами.
После этого неприятного случая местные жители избегали встречи с лосиной семейкой. Издали завидя в лесу лося или заслышав подозрительный треск валежника, они спешили взобраться на дерево и отсиживались в безопасном месте. А так как встречи с лосями здесь довольно часты, то и прогулки по заповеднику стали не очень приятны.
За последние годы лосей в Подмосковье стало так много, что появилась возможность отстреливать старых животных. Нельзя же охранять и разводить лосей до бесконечности! Но опасно и отменять существующий запрет. Чтобы использовать ценного промыслового зверя и в то же время сохранить высокую численность его, охота на лосей допускалась только по особым разрешениям. Она выдавалась на непродолжительное время. Удастся добыть лося — значит, вам повезло, значит, вы настоящий охотник. А не успели уложиться в указанный срок — теряете на отстрел право и вините только себя. В этом много здравого смысла.
— Евгений Павлович, давай поедем на охоту за лосем, — как-то в начале зимы обратился ко мне мой старый приятель Нестор Григорьевич. — Ты получи разрешение, а я организую охоту. Наверняка — головой ручаюсь, убьем лося.
И Нестор Григорьевич пояснил, что километрах в ста от Москвы у него есть знакомый лесной объездчик. Живет он в лесной сторожке, а кругом в лесу в большом количестве держатся лоси. Этот объездчик и берется подготовить охоту. Он выследит и обложит лосей, даст телеграмму, чтоб мы выезжали, поставит на хорошие номера при облаве. В общем — только стреляй. Кроме того, на машине можно подъехать к самой сторожке, так что и вывезти убитого лося будет нетрудно.
Как ни хорошо описал Нестор Григорьевич охоту, я все же решил отказаться.
— Нет у меня ни малейшего желания участвовать в облавах на смирного зверя. Поставят тебя на номер, нагонят зверя, а ты стреляй в него, словно в корову. Не люблю, не лежит сердце к такой охоте. Я люблю побродить по лесу, суметь подойти близко к чуткому зверю.
— Побродить, побродить! — передразнил меня Нестор. — Хорошо тебе побродить, а мне с моим животом нелегко за лосем гоняться. Значит ты не поедешь? Ну, тогда хоть достань разрешение, я один пойду. Достанешь?
Номер — место, где стоит охотник. Номера образуют линию стрелков, на которую загонщики гонят зверя. (Прим. автора.)
— Не знаю, попробую, — нехотя ответил я.
Потом печатались какие-то письма и заявления, пересылались в управление охоты, получались ответы. Долго, до самого января, затянулось это сложное дело. Однако перед тем как рассказать о результатах затеи, скажу несколько слов о самом охотнике.
Нестор Григорьевич уже пожилой человек. Ему, вероятно, под семьдесят. Седые длинные волосы, клином седая бородка, толстый живот, во рту мундштучок с неизменной цигаркой «душистой» махорки. И, несмотря на преклонный возраст, в нем столько энергии, юмора, жизни! Он прекрасный стрелок и настоящий любитель-охотник.
Привет тебе, дорогой мой приятель, люблю тебя, старый Нестор!
— Ты знаешь, Евгений Павлович, на лося-то я получил разрешение, сегодня прислали, — однажды сообщил мне Нестор Григорьевич. — Поедем-ка с нами, чего ломаешься.
— Да не ломаюсь я, пойми. Ну, просто не хочется. И кроме того, я, как закончу занятия, на Кавказ хочу ненадолго съездить.
— Ну, твое дело, — махнул он рукой. — Не хочешь, не надо.
Потом раза три в течение недели я встречал Нестора. Он суетился, куда-то спешил, волновался. Видимо, подготовка к лосиной охоте его полностью захватила.
— Телеграмму от объездчика получил, лосей обложил, выезжать надо, а тут халаты еще не сшили, — попыхивая цигаркой наскоро сообщал мне Нестор Григорьевич.
Но я так и не дождался лосиной охоты — на все каникулярное время укатил в Закавказье.
Прошло две с половиной недели. Вновь Москва, занятия в институте. Вскоре я опять повстречался с Нестором Григорьевичем.
— Ну как с лосями? — спросил я приятеля. Лицо его исказилось.
— Да ну их к шуту! — отмахнулся он, выпуская изо рта целое облако дыма. — Ничего не убили. Знаешь, некогда сейчас, потом расскажу.
В тот же вечер Нестор Григорьевич рассказал мне, как неудачно и глупо сложилась охота.
Много было хлопот. Но зато, казалось, все предусмотрено, не должно быть осечки.
Незадолго до захода солнца знакомый объездчик еще раз обошел на лыжах вокруг участка, где стояли лоси. Возбужденный быстрым движением и морозным воздухом, возвратившись домой, он сообщил охотникам последние новости. Нет выходного следа — значит, лоси продолжают стоять на старом месте. В общем, все в полном порядке. Утром охота.
Вот, наконец, и долгожданное утро.
Большое багровое солнце поднимается над зубчатым лесом, блестит, искрится снег. В белых халатах, стараясь не шуметь, пять охотников углубляются в мелколесье и занимают указанные номера. И в лесу наступает мертвая тишина. Она длится более получаса. За это время лесной объездчик должен сделать большой полукруг, зайти с другой стороны и стронуть лосей по направлению стрелков.
Чутко, напряженно Нестор Григорьевич вслушивается в зимнюю тишину, всматривается в даль мелколесья. Но еще, вероятно, рано, лосей не видно. Сколько напряжения во всем этом, и как невыносимо медленно тянется время.
«Пах!..» — в морозном воздухе вдруг резко щелкает выстрел. Он доносится с соседнего номера. Проходят секунды. Затем далеко впереди мелькают темные силуэты крупных животных. Это бегут лоси. Но бегут они не на стрелков, а куда-то в сторону. С треском ломается деревце, качаются ветви, с них осыпается снег.
В чем дело, что произошло, неужели сосед промахнулся? Ведь ушли лоси! Подождав еще минут пять, Нестор Григорьевич пошел к соседнему номеру.
— Это вы стреляли? — спросил он у соседа-охотника.
— Да, я, это я в зайца выстрелил. Выскочил он из-под ног и сел вон на той полянке. Я его и смахнул. Какой белый, совсем вылинял! Что это вы на меня такими глазами смотрите? Не надо, говорится, журавля в небе, лучше синицу, да в руки. Вот я и пальнул по зайцу. Что тут особенного?
— Да вы с ума спятили! — закричал Нестор.
Не стоит вспоминать, что произошло дальше. Рассказывая о неудачной охоте, Нестор Григорьевич и сейчас страшно сердился, дымил махрой и ругал охотника.
А мне было весело. Вот это охота!
— Ты чего из себя-то выходишь, Нестор Григорьевич? Все получилось именно так, как нужно. Скажи мне, пожалуйста, тебе удалось добиться разрешения на отстрел лося?
— Ну, удалось, — ответил Нестор Григорьевич.
— А на охоту ты ездил?
— Ну и что же, ездил! — повысил он голос.
— На номере ты стоял, лосей видел?
— Ну, видел. Лося-то не убили?!
— А зачем тебе лось? Мяса, что ли, нужно?
— Мяса мне не нужно. А за такие вещи бить мало! — вспылил Нестор Григорьевич и рассерженный вышел из комнаты.
«Вот это что надо! И волки сыты, и овцы целы», — смеялся я в душе, провожая глазами своего друга.

Просмотров: 200 | Добавил: юрий
Всего комментариев: 1
+1  
1 юрий   (18.12.2017 12:23)
Особенно интересна "историческая" часть про Останкино, ВДНХ, Ботанический сад.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Логин:
Пароль:
Календарь
«  Декабрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Новые комментарии
юрий (08.02.2018) 100 миллионов на убийство бездомных животных накануне ЧМ по футболу 2018
Korch (20.01.2018) Мероприятие было вроде.Но конечно не в тех объёмах как хотелось бы.Решения по запрету еще не принято,но как я понимаю ЗЕЛЁНЫЕ рулят!
юрий (15.01.2018) Да я ошибся, т.к. тема на "Охотниках.ру" пропала, найти не удалось, искал в разделе "Охота", а надо было в "собаках", во...
Реклама